» Материалы за Май 2019 года
  автор: SHARIK  |  15-мая-2019  | 35 просмотров  |  Пока нет комментариев

 По разработанной в лаборатории естественнонаучных методов ИА РАН методической схеме проведено определение материала, из которого изготовлены костяные изделия, полученные из раскопок в центральной части города Болгар золотоордынского времени. Наиболее используемым сырьем в исследуемых коллекциях были кости животных, доля которого около 60 %. Еще примерно 30 % занимают изделия из плотного рога цервидов. Эти виды сырья, а также зубы домашних и диких млекопитающих, кости птиц и рыб, из которых изготавливали изделия, были местного происхождения и получены от животных – обитателей лесостепи.

Выявлен ряд изделий из необычного привозного костяного сырья – зубов крупных млекопитающих. Зафиксировано изделие-подвеска из клыка самца кабарги (лат. Moschus moschiferus), некрупного оленевидного парнокопытного – обитателя лесов Восточной Сибири. Четыре изделия из бивня моржа (лат. Odobenus rosmarus) зафиксированы на Болгарском городище впервые. Наконечник с надписью и костяную печать из этого материала можно отнести к изделиям, обозначающим высокий статус владельца. Впервые проведена атрибуция сырья для известных в археологии Золотой Орды костяных орнаментированных накладок на колчан, найденных на территории городов Болгар и Азак. Установлено, что пластины центрального орнаментального поля выполнены из наружного слоя бивней слоновых (лат. Elephantidae).

  • 0
  автор: SHARIK  |  15-мая-2019  | 90 просмотров  |  Пока нет комментариев

 В научный оборот вводятся две новые находки костяных печатей-матриц с территории Болгарского городища, которые датируются в рамках конца XIII – начала XV в. Находки имеют шахматовидную форму с прямоугольным (рис. 1) и округлым (рис. 2) основаниями. Характер изображений на боковых гранях печати с прямоугольным основанием позволяет соотнести ее с золотоордынским материалом, который вобрал в себя как дальневосточную, так и ближневосточную традиции. Печать с круглым основанием близка к аналогичным предметам с территории Руси XII–XV вв., за тем исключением, что болгарские костяные печати-матрицы сохраняют анонимность вплоть до начала XV в. Выдвинуто предположение о возможности изготовления костяных прикладных печатей-матриц в золотоордынский период непосредственно на Болгарском городище.

  • 0
  автор: SHARIK  |  13-мая-2019  | 148 просмотров  |  Пока нет комментариев

Щит булатный. Иран, XVI в. Мастер Мухаммед Мумин Зернишан.

В материалах воинских смотров и разборов русских служилых людей в XVII столетии мы не встречаем никаких упоминаний о наличии у них щитов. Даже в среде небогатых провинциальных дворян и детей боярских не отмечено попыток компенсировать подобным образом постоянно присутствовавший дефицит оборонительного вооружения. Можно с уверенностью говорить, что к этому времени щиты представляли собой полный анахронизм даже для наиболее традиционной части русского войска – поместной конницы. (Вероятно, щиты применялись в отрядах восточной кавалерии, входившей в состав русского войска.)

Вместе с тем мы можем констатировать, что щиты, преимущественно восточного происхождения, присутствуют в составе оружейной казны представителей аристократической элиты Московского государства конца XVI - начала XVII вв.: Б.Ф. Годунова, Ф.И. Мстиславского, В.В. Голицына. С высокой долей вероятности мы вправе предполагать, что все они являлись владельцами не только личного, но и родового собрания оружия и доспеха. В казне боярина и конюшего Бориса Федоровича Годунова в 1588 г. хранилось три щита. Два металлических: один турецкий, другой, по описанию, также восточный: «травы наведены золотом, на кайме промеж трав слова, подпись имя Бориса Федоровича; кругом ево венец золот, камни лалы да бирюзы, бахрома золото с серебром». Третий – «щит бухарский, шит золотом и серебром и шолки»1.

  • 0
  автор: SHARIK  |  13-мая-2019  | 1 362 просмотра | 1 комментарий

На сегодняшний день военное дело оседлых племен Северо-Западного Кавказа эпохи Средневековья раскрыто достаточно слабо. Еще хуже освещено их защитное вооружение, несмотря на ряд вышедших за последнее время работ (Стрельченко, 1960; Каминский, 1986; Нагоев, 1986 и др.). Одним из основных видов личной защиты воина испокон веков являлся щит. Данная работа посвящена серии находок остатков щитов в могильниках СевероЗападного Кавказа золотоордынского времени.

Впервые эти щиты были описаны более 40 лет назад М.Л. Стрельченко в его статье «Вооружение адыгейских племен в X-XV веках (По материалам Убинского могильника)» (Стрельченко, 1960, с. 155, рис. 6 б). Такого же типа щиты упоминает Ю.Н. Воронов в своей работе «Древности Сочи и его окрестностей» (Воронов, 1979, с. 106, рис. 61, 3). Наконец следует отметить недавно вышедшую работу М.В. Горелика «Армии монголо-татар X-XIV вв.» (Горелик, 2002, рис. 7, B и D). Пожалуй, на этом список научных публикаций по рассматриваемому типу вооружения исчерпывается.

  • 0
загрузка...
  автор: SHARIK  |  9-мая-2019  | 783 просмотра  |  Пока нет комментариев

Костяной гребень Киевской Руси

Смоленское Поднепровье было в кон. IX-X вв. одним из главных очагов формирования Древнерусского государства и древнерусской культуры. Местное кривическое население, т.е. носители культуры смоленско-полоцких длинных курганов (КСДК), несомненно, принимало участие в этих процессах, хотя характер и степень этого участия пока не вполне понятны.

Одним из основных источников для решения вопроса о влиянии складывавшейся древнерусской культуры и древнерусского населения на КСДК выступают предметы североевропейского (преимущественно скандинавского) и собственно древнерусского происхождения, найденные на памятниках КСДК. Рассмотрим соответствующие находки из погребальных комплексов этой культуры, расположенных на территории будущей Смоленской земли - в Смоленском Поднепровье, а также в Смоленском и Торопецком Подвинье.

  • 0
  автор: SHARIK  |  9-мая-2019  | 331 просмотр  |  Пока нет комментариев

Набор трапециевидных парных нагрудных подвесок

Пражская культура понимается как взаимосвязанные локальные и хронологические группы памятников, „классический" вариант которых описан И. П. Русановой. Памятники типа Суков-Дзедзице рассматриваются в качестве локальных дериватов этой культуры, что достаточно убедительно показано в работах И. П. Русановой, М. Парчевского и других исследователей. Группы Ипотештъ-Кындештъ-Чурел отражают процесс трансформации пражской культуры под влиянием культуры византийцев (пленные и др. формы отношений с Империей), а так же взаимодействие с носителями других культур. Смешанные памятники, содержащие в разных пропорциях как пражский, так и инокультурный (прежде всего – „пеньковский") компонент, представлены в Центральной Молдавии, на Южном Буге. В ряде случаев можно выделить и памятники с компонентами пражской культуры, испытавшей влияние кочевников (Додешть на юге Молдовы и др.). Весь этот круг памятников находится в поле рассмотрения данной работы. Компоненты пражской культуры в контексте других культур: „лангобардском" или „аварском" в Карпатской котловине, групп Медиаш и Гымбаш в Семиградье – в данной работе не рассматриваются. Не рассматриваются здесь и компоненты или отдельные памятники пражской культуры на Балканах и в Восточных Альпах. Это требует специальной работы.

  • 0