Всякое разное :

Наемный корпус Делагарди на службе царя Василия Шуйского

  автор: SHARIK  |  4-августа-2014  |  3429 просмотров  |  Пока нет комментариев
загрузка...

Опыт введения нидерландской военной системы в России в начале XVII века

Создание первой регулярной армии Западной Европы произошло в период борьбы Нидерландов с Испанией за свою независимость в кон. XVI - нач. XVII вв. и связано с именами таких государственных и военных деятелей, как братья Мориц и Вильгельм Людвиг Оранские и Иоганн Нассау-Зиген. Первый опыт освоения нидерландской военной системы в Русском государстве был произведен в знаменитое Смутное время — то есть, еще при жизни ее создателей. Данный вопрос уже попадал в поле зрения отечественных исследователей1, но в целом значение событий 1609-1610 гг. для развития вооруженных сил России так и не получило должной оценки2.

Военные реформы Морица Оранского в Нидерландах и Европе. В 1590 г., встав во главе Объединенных Провинций Нидерландов, принц Мориц Оранский возглавил их вооруженную борьбу против католической Испании. Процветающее состояние Соединенных провинций, связанное с успехами в торговле и колониальной политике, позволило им в течение десятилетий безбедно содержать постоянную армию в 40-60 тыс. чел., что было просто не под силу тогда государствам Германии или Восточной Европы. Долгое противостояние и высокая образованность военачальников обеих сторон превратило театр боевых действий в настоящий полигон для апробирования новой военной техники и приспособления античных военных руководств к современным условиям. Правильные лагеря, по образу и подобию римского войска, и система фортов-«блокгаузов» для блокирования крепостей, «испанские рогатки» и ручные гранаты, подзорные трубы и петарды для подрыва ворот и стен — все это, обычное для военного дела XVII в., было впервые внедрено в ходе той войны. Небольшие маневренные построения пехоты и глубоко продуманная система обучения солдат, выработанные в голландской армии, стали отличительной чертой выдающейся военной системы Нового времени, известной как Нидерландская военная школа3.

Инженерные заграждения, применявшиеся московскими войсками при осаде Смоленска (1632-33 гг.)
Инженерные заграждения, применявшиеся московскими войсками при осаде Смоленска (1632-33 гг.).
Фрагмент гравюры В.Гондиуса «План осады Смоленска». Данциг. 1636 г.

Очень скоро указанная система обучения и устройства армии стала пользоваться большим спросом среди различных земель Священной Римской империи — в преддверии нового неминуемого столкновения между немецкими протестантами и католиками. Военные знания передавались как через профессионалов, прошедших школу боевых действий под началом братьев Оранских, так и посредством военных учебников, где в систематизированном виде излагался опыт нидерландской военной школы4. Однако, первый практический опыт внедрения этой системы был произведен в далекой от Голландии Восточной Европе — в ходе конфликта между Швецией и Речью Посполитой 1600-1611 гг.

Шведский король Сигизмунд Ваза, воспитанный ярым католиком, после своего избрания на польский престол возглавил силы контрреформации в обоих государствах и, как следствие, столкнулся с ожесточенным вооруженным сопротивлением. Сословия лютеранской Швеции отказались признавать его власть, передав власть герцогу Карлу (с 1604 г. король Карл IX), после чего развернулись боевые действия на границе государств — в Эстляндии и Ливонии.

Потерпев в первых же столкновениях страшные поражения от польских гусар, шведы с готовностью приняли услуги «волонтера» — герцога Иоганна Нассауского, кузена Морица, назначив его главнокомандующим (июль 1601 г.). Тот нашел войско в плачевном состоянии: конница не имела защитного вооружения, а пехота — по сути, плохо обученные крестьяне-рекруты — была лишена не только доспехов, но и пик, что делало ее беззащитной перед роскошно экипированной и свирепой польско-литовской конницей. Обратившись к имевшемуся арсеналу военных изобретений, Иоганн компенсировал указанный недостаток «испанскими рогатками» и повозками, оснащенными рядами из 5 пик каждая, а также стал снабжать пехоту мушкетами, пиками и доспехами и срочно переучивать по нидерландскому образцу. Однако бедственный (для обеих сторон) ход войны в Лифляндии привел герцога в столь подавленное состояние, что менее чем через год он сдал командование и оставил Швецию.

Военно-политическая ситуация 1609 г.

Тем временем, пожар войны вспыхнул внутри Русского государства: подданные царя Бориса Годунова изменили ему во имя «чудом спасшегося» царевича Дмитрия. Убийство самозванца и воцарение Василия Шуйского не прекратило междоусобицу: различные «воеводы» и «родственники» «Дмитрия Ивановича», а затем и Второй Самозванец вновь и вновь объединяли вокруг себя ватаги вольных казаков, служилых людей южных окраин страны и прочих искателей наживы и стремились на штурм Престольного града Москвы. Крайне непопулярный среди своих подданных, царь Василий в этой гражданской войне был вынужден проявлять буквально чудеса предприимчивости. Умелая пропаганда против повстанцев, подкуп их вождей, щедрые награды за верность, обращение к чернокнижию и колдовству — все средства входили в арсенал бывшего боярина. В свете этого поручение, данное в разгар боевых действий (в 1606 г.) дьяку Онисиму Михайлову сыну Радишевскому о составлении сборника выписок по военному делу из иностранных трактатов, выглядит очередным прагматичным и дальновидным поступком этого государя. Из завершенного только в 1621 г. «Устава ратных, пушечных и других дел, касающихся до воинской науки» явствует, что приоритетными для заимствования виделись вопросы пушкарского дела (более 500 статей из 663) и устройства обоза, а уж затем мало относящиеся к русским реалиям сведения об административном устройстве, построении войск и ведении полевого боя.

Летом 1608 г. власть царя Василия вновь оказалась под угрозой: усиленные многочисленными и хорошо вооруженными польскими «волонтерами» войска Лжедмитрия II осадили Москву, а осенью его «воровские» отряды направились во все концы страны, особенно в ее богатые области. Некоторые города сами «целовали крест» «Дмитрию», иные же вынужденно подчинялись его военной силе. Части гетмана Сапеги и полковника Лисовского осадили Троице-Сергиев монастырь, заняли большинство Замосковных городов; царю изменили многие земли Поволжья и большая часть северо-западных уездов. В Тушинском лагере образовались свои органы власти, параллельные московским.

Сержант отряда Христиера Зомме обучает посошных ратных людей обращению с пикой по нидерландскому уставу в лагере М.В.Скопина-Шуйского под Калязиным монастырем (август 1609 г.)
Сержант отряда Христиера Зомме обучает посошных ратных людей обращению с пикой по нидерландскому уставу в лагере М.В.Скопина-Шуйского под Калязиным монастырем (август 1609 г.). Худ. Олег Федоров

Отряды оставшихся верными царю Василию служилых людей в Рязани, Смоленске, Нижнем и Великом Новгороде были бессильны снять осаду столицы, как и единственное действующее вне столицы войско Ф.И.Шере-метева, которое находилось слишком далеко — под Царицыном. В этих условиях Шуйский был вынужден прибегнуть к иностранной интервенции и обратиться к Швеции, король которой еще с 1604 г. безуспешно предлагал услуги своих войск для подавления Смуты — в обмен на территорию.

Сержант в качестве отличия своего ранга имеет алебарду, распространенной на рубеже XVI и XVII вв. формы, и традиционный оранжевый шелковый шарф нидерландской армии, который помимо офицеров носился рядовыми кавалеристами и зачастую пикине-рами. Ввиду жаркой погоды и интенсивных строевых занятий он не надел обычные для его должностного положения горжет, кирасу и иные части пехотного доспеха, а также отвязал рукава своего «дублета», а «посош-ные» скинули сермяжные кафтаны и кушаки

Для «сбора с немецкими людьми» был назначен ближний родственник царя кн. Михаил Васильевич Скопин-Шуйский. Несмотря на свой юный возраст — всего 22 года — он уже успел отличиться на посту воеводы Большого полка в боях со сторонниками Лжедмит-рия в 1606-1608 гг. В августе 1608 г. боярин в качестве воеводы прибыл в Новгород и вступил в переговоры со шведским главнокомандующим в Лифляндии графом Й.Ф. Мансфельдом. Уже в ноябре было заключено предварительное соглашение о найме 2000 чел. конницы и 3000 пехоты. Переговоры представителей Скопина С.В.Головина и С.Васильева в Выборге завершились 28 февраля 1609 г. заключением союзного договора со Швецией. В обмен на поэтапную уступку (по мере прибытия союзного контингента) г. Корелы с уездом, а также отказ царя от претензий на Ливонию и иные спорные земли, король направлял в помощь Василию Иоанновичу упомянутые 5 тысяч шведских солдат, не считая наемных людей, «сколько возможно». Хотя действия предполагалось вести против сторонников самозванца, стороны фактически становились военными союзниками в борьбе с Речью Посполитой: последняя, не прекращая войны со шведами, уже готовила интервенцию в России.

Корпус Якова Понтуса Делагарди.

Первые союзные отряды пересекли русскую границу только в марте 1609 г. Но самой перспективой своего прибытия они уже более 8 месяцев оказывали влияние на ход войны. Обещание «немецкой» помощи усилило решимость к сопротивлению тушинцам у городов Русского Севера, хотя во Пскове привело к победе сторонников Дмитрия.

По сообщениям Скопина-Шуйского, «немецких людей... из Выбора, Свейския земли, и шкотцких, и дацких, и фрянцовских, и аглинских, и голанских, и борабанских и иных земель» прибыло к нему 12000, затем еще 3643 конных «француз и шкотцких немец», ожидали «вскоре» графа Мансфельда с 2000 чел., а также «ругодивских и колыванских немец»5... Первые сомнения в этих данных возникают при известии, что из прибывших только 4000 — пехота, а остальные — «конныелюди» (в том числе и шотландцы)! Далее, при описании первых боев численность «немецких» отрядов в отписках Скопина-Шуйского и по шведским источникам, различается на порядок: так, согласно отпискам, с К.Чоглоковым к Твери двинулись 3600 чел. «немцев», а с Э.Горном и А.Бое к Старой Руссе — 4000; по Видекинду, ко Пскову был направлен Х.Сомме «с несколькими сотнями», а у Горна ни в одном бою не было больше 1000 солдат. Наконец, есть и прямое противоречие: отряд Горна, посланный 4 мая на разведку к Старой Руссе, насчитывал, по отписке Скопина-Шуйского, 1800 чел., а по данным Ю. Видекинда — 200 всадников и 40 мушкетеров6. Очевидно, что сведения боярина необходимо рассматривать в свете той пропагандистской борьбы, которую вел царь Василий на протяжении всего своего правления. Сообщая в Москву или по всем северным городам «точные» цифры о союзниках, Скопин ни слова не говорит о размерах русских отрядов своего войска — как, впрочем, и любой его современник-воевода. Таким образом, реально силы интервентов едва ли достигали 10 тысяч человек.

Якоб Делагарди (Jacob De la Gardie) Портрет из Национального музея Швеции 1606
Якоб Делагарди (Jacob De la Gardie) Портрет из Национального музея Швеции 1606

Кроме шведов и финнов, значительную их часть составили иноземцы, в основном — прошедшие воинскую школу в Нидерландах. В 1607 г. военные действия там были приостановлены, а 9 апреля 1609 г. переговоры завершились заключением 12-летнего перемирия между Испанией и Соединенными провинциями7. Но еще раньше прагматичные буржуа приступили к сокращению армии: уже с 1607 по 1608 гг. численность голландской пехоты уменьшилась на 12 тысяч чел. И первым «покупателем» немедленно стал шведский король: от найма отдельных рот в 1606-07 гг. он перешел к целым полкам: есть известия о вербовке в 1608 г. шотландского и французского в 1000 чел. (со швейцарцами и валлонами)8 — однако, это только вершина айсберга.

Вел иноземные войска 25-летний Якоб Понтус Делагарди — «свет Яков Люпопостович, воевода неизменная», как воспели его в одной русской песне. Он был сыном известного французского «солдата удачи», шведского полководца времен Ливонской войны. В 1601 г. Якоб на 4 года попал в плен к полякам. Освободившись, он, видимо, воспользовался знакомством с герцогом Иоганном и отправился в Нидерланды, где прошел прекрасную военную школу и «доказал на деле свою доблесть князю Морицу Нассаусскому». В 1608 г. Делагарди отклонил личное предложение Генриха IV поступить на французскую службу и вернулся в Швецию — вместе с тысячами «сокращенных» голландцами наемников. 5 марта 1609 г. молодой честолюбивый полководец прибыл в Выборг в звании генерал-лейтенанта всех шведских войск в Финляндии и принял командование над вспомогательным войском9.

Начало похода на Москву

Соединение войск Скопина-Шуйского (ок. 3000 чел.) и Делагарди произошло в середине апреля под Новгородом, после чего, преодолевая распутицу, союзники двинулись по Московской дороге на Тверь. Через месяц их передовые войска отбросили «воров» от Старой Руссы и «привели ко кресту» царю Василию помещиков и посадских людей Торопца, Торжка, Ржева и ближайших уездов. Под Торжком 17 июня 1609 г. русские передового отряда впервые могли наблюдать необычный образ действий своих союзников: при приближении литовской конницы «немцы же пешие поидоша наперед, оты-ковся копьем, а иныесташа позади их». Одна из рот (видимо, гусарских) «проеха сквозь» русско-шведской конницы и «потопташе» ее до самого города, но удар остальных двух пришелся на пикинеров и был отражен10.

В битве под Тверью 11 июля подобное повторилось уже при столкновении всего войска с крупными силами польско — литовской конницы (ок. 5000 чел.). Центр союзного войска, по нидерландскому обычаю, составили пехотные построения; левое, ближнее к берегу Волги крыло заняла французская конница, а правое — сам Делагарди с финскими кавалеристами. Русские разместились на флангах и во второй линии. Воспользовавшись неожиданным ливнем, замочившим порох и фитили, гусарские и пятигорские хоругви «тушинцев» нанесли сильнейший копейный удар по этим боевым порядкам. Французы первые не выдержали натиска и бежали; русская конница тоже подалась назад, смешав резервные наемные отряды; здесь, во время сумятицы и грабежа, союзники понесли большие потери. Зато пехота, выставив во все стороны длинные пики, осталась неподвижной и невредимой: «Из тех, кто покинул позиции, последовал за бегущими, многие были перебиты, а из тех, кто, оставшись на месте, действовал, как подобало, копьями и саблями, никто не был и ранен». Более того, Делагарди с прикрытой пикинерами финской конницей сумел контратаковать и обратить в бегство «три главных хоругви». Новый ливень и наступление вечера привели к прекращению битвы, окончившейся, таким образом, вничью. Через два дня победа все же досталась союзникам, но совершенно иным способом: внезапным нападением всего войска на беспечный польский лагерь.

Однако вскоре, ошеломленные жестокостью боев и обозленные нежеланием Скопина брать штурмом Тверь — чтобы вознаградить себя грабежом, — солдаты Делагарди взбунтовались. Современник (Ю.Видекинд), рассуждая о причинах бунта, называет среди них наглость от постоянных успехов, достаток от добычи, страх перед бедствиями дальнейшего похода и, наконец, «отвращение к войне из-за того, что до сих пор приходилось часто сражаться с неприятелем». Это загадочное, на первый взгляд, для воинов утверждение легко понять, если вспомнить о характере войны в Нидерландах: полевые сражения там были невероятной редкостью, а солдаты больше занимались осадными работами, маршами и контрмаршами, муштрой и только редкими стычками. Несколько серьезных битв с лихой и отчаянной восточно-европейской конницей убедили их в опасностях похода в места, «откуда они не смогут воротиться, не получая при том и обещанной платы». Действительно, власти ни разу не смогли выплатить им установленное жалованье. В результате бунта большинство наемников повернуло назад и вообще покинуло пределы России: Делагарди смог остановить под Новгородом всего 2000 человек11.

 

Примечания
  1. Бибиков Т.Н. Опыт военной реформы 1609-1610 гг. // Исторические записки. Т. 19. М., 1946. С. 3-16.
  2. Ни А.В.Чернов (Вооруженные силы Московского государства в XV-XVII в.в. М., 1954), ни современный коллектив МО (Во имя России: Российское государство, армия и военное воспитание / Под ред. ВАЗоло-тарева, В.В.Марушенко, С.С. Антюшина. М., 1999) в своих обобщающих работах ни словом не упоминают о данной реформе.
  3. Дельбрюк Т. История военного искусства в рамках политической истории. Т. 4. СПб., 1997. С. 107-114.
  4. De Gheyn J. Wapenhandelignhe van roers, musquetten ende spiessen... S'Grauen Hage, 1607; Jacobi von Wall-hausen I. Kriegskiinst zu fuss. 1615.
  5. Акты, собранные ... Археографической экспедицией. Т. 2. СПб., 1856. С. 219, 226.
  6. Видекинд Ю. История десятилетней шведско-моско-витской войны / Перевод С.А.Аннинского, А.М.Алек-сандрова / Под ред. В.Л.Янина, А.Л.Хорошкевич. М., 2000. С. 59.
  7. Пиренн А. Нидерландская революция. М., 1937. С. 340'
  8. TenRaa F.J.H. en De Bas F. Het staatscheleger 1568-1795. Deel II (1588-1609). Breda, 1918. B. 86,87,197,198,366-369.
  9.  Видекинд Ю. Указ. соч. С. 42,52; Русский биографический словарь. Т. [6]: Дабелов — Дядьковский. СПб., 1905. С. 177-180; Herbst S. Op. cit. S. 117, 136, 143.
  10. Полное собрание русских летописей. Т. 14. СПб., 1910. первая половина. С. 90.
  11. Видекинд Ю. Указ. соч. С. 64-74, 78, 79.

Автор: Курбатов О. Наемный корпус Делагарди на службе царя Василия Шуйского // Журнал “Цейгхауз” № 19 (3/2002) 

загрузка...
  Голосов: 1
 

Вы просматриваете сайт Swordmaster как незаригистрированный пользователь. Поэтому скрытый текст скрыт. Комментарии будут вводится через капчу с предварительной модерацией. Если нашли ошибку — выделите её и нажмите Ctrl+Enter. Для того чтобы пользоваться полным функционалом сайта, рекомендуем .


Добавление комментария
Ваше Имя:      Ваш E-Mail (по желанию):  
Полужирный Наклонный текст Подчеркнутый текст Зачеркнутый текст | Выравнивание по левому краю По центру Выравнивание по правому краю | Вставка смайликов Вставка ссылкиВставка защищенной ссылки Картинка Выбор цвета | Скрытый текст Вставка цитаты Преобразовать выбранный текст из транслитерации в кириллицу Вставка спойлера