Храм Успения Богородицы в селе Волотово под Новгородом, построенный в XIV веке и уничтоженный фашистами во время войны, был одним из самых интересных памятников культуры периода расцвета Новгородской республики. Удивительные росписи этого храма дошли до нас только благодаря стараниям целого поколения исследователей в виде не слишком многочисленных, но достаточно полных зарисовок и фотографий.

Некоторые из них предоставляют нам исключительного значения материал по костюму эпохи, манере его ношения, быту, реалиям повседневной жизни и по облику воинов новгородских земель времен Куликовской битвы. В частности, уникально геральдическое изображение на щите сотника Лонгина на фреске «Распятие». Большая ценность данного фрагмента обусловлена тем, что о русской геральдике этого периода сведения крайне скудны. Обращает на себя внимание и довольно характерная манера ношения плащей перекинутыми через плечо или в скатках.

Здесь представлено испытание реплики меча эпохи викингов (а конкретнее 9-10 века). У него достаточно массвный широкий клинок с широким долом. У него короткий черенок рукояти, приспособленый для хвата одной рукой. У него достаточно массвный широкий, но нетяжелый, клинок с широким долом, у него округлое острие которое тем не менее легко прокалывет как долото кольчугу. У него короткий черенок рукояти, приспособленый для хвата одной рукой. Массивное навершие уравновешивает клинок и делает использование меча очень удобным. Меч легко разрубит куски мяса, бамбук, фанеру, проколит кольчугу.

Первоначальные сведения о древнем славянском оружии появляются вместе с достоверными сведениями о самих славянах - в середине 1 тыс. н.э. Византийские и арабские источники вплоть до IX в., говоря о вооружении славянских воинов упоминают дротики, небольшие луки с отравленными стрелами и большие тяжелые щиты, подчеркивают отсутствие шлемов, панцирей и мечей. Такая картина подтверждается и материалами раскопанных погребении этого периода в Среднем Поднепровье — территории формирования древнерусского государства. Правда, византийские авторы сообщают, что нападавшие на Византию и захватывавшие ее территории славяне быстро перенимали прекрасное оружие побежденных, однако полное отсутствие такового среди находок в поднепровских памятниках заставляет усомниться в этой информации. Тем не менее, нам известны единичные комплексы, где представлены и другие виды оружия. Так, на городище Хотомель в Белоруссии, в слоях VII-IX вв. найдены прямоугольные продолговатые железные пластины с отверстиями — остатки панциря ламеллярного типа — доспеха, составлявшегося из таких пластинок, соединенных между собой ремешками или тесьмой. В богатейшем Мартыновском кладе серебряных изделий, найденном в Поросье и датируемым VII в. обнаружены оковки рукояти и ножен палаша — рубище-колющего оружия с длинным прямым клинком.

Щит, как наиболее элементарная форма реализации желания защитить себя, был первым средством обороны, изобретенным человеком, и вплоть до появления огнестрельного оружия оставался наиболее простым и распространенным средством защиты.

У славянских воинов задолго до появления Киевской Руси по сообщениям византийских авторов VI в. именно щиты выступают единственным средством защиты:

Прокопий Кесарийский: «Вступая же в битву, большинство идет на врагов пешими, имея небольшие щиты и копья в руках, панциря же никогда на себя не надевают».

Маврикий Стратег: «Каждый мужчина вооружен двумя небольшими копьями, а некоторые из них и щитами, крепкими, но труднопереносимыми».

Объективности ради следует отметить, что в изучении Ледового побоища достигнуты и позитивные результаты. Они связаны с уточнением места битвы, приведением в систему всех сохранившихся русских и иностранных источников.

Артефакты выкопанные из могилы были куплены коллекционером J. Choynowski, каталогизированы, и потом перевезены из Киева в Варшаву, где их предложили купить Обществу для Поощрения Прекрасных Искусств (Society for the Encouragement of the Fine Arts). В конечном итоге, через многие годы, они нашли свой путь к Государственному Археологическому Музею,  где их признали  артефактами наивысшего класса из всех находящихся в польских археологических собраниях (код. PMA V/1404).

Курган Таганча представляет большой интерес для многих исследователей. Это обусловлено тем, что его относят ловлено как к славянам так и к кочевникам. Его датируют 10-13  веками н. э.. Кроме того,  он был предметом  докторской диссертации В. Сарновской  1949 года.

Несмотря на большое количество исследований и упоминаний в литературе, артефакты из кургана Таганча были известны почти исключительно по фотографиям.  В настоящее время, благодаря кропотливой графической реконструкции.  Новые методы консервации, исследованиям с микроскопом и химических анализы показали до сих пор неизвестные технологические подробности,  проливают свет на суть вопроса, и можно представить полное комплексное исследование.

Судя по клинкам и отдельно найденным перекрестьям, минимальное число несомненно существовавших в Изяславле мечей достигало 8. Если же учесть не менее И наконечников ножен (9 из них обломки), то число предполагаемых соответствующих этим наконечникам клинков можно увеличить до 10—12 (рис. 1 и схема количества находок табл. 1). Таким образом, до наших дней дошла лишь какая-то часть клинков, имевшихся у жителей упомянутого волынского города ко дню его гибели.

Музей польской армии (польский: Muzeum Wojska Polskiego,  англ. Museum of Polish Army )  занимается  документированием военных аспектов истории Польши.  Основан в 1920 году, неподалеку от здания Польского национального музея, и имеет также несколько филиалов в Польше.  Это крупнейший музей в Варшаве  и содержит самую большую коллекцию военных объектов в Польше. Собрание иллюстрирует тысячу лет польской военной истории — от 10-го  до конца 20 века.

Во дворе музея несколько десятков бронированных машин, артиллерийских орудий и самолетов, будучи эклектичный микс из советской, западной и польском оборудовании, в основном из эпохи Второй Мировой Мойны.Крытые галереи сосредоточены на военной истории Польши от зарождения Польского Королевства, и особенно сильно на эпоху польского военного величия в 17 веке, возможно из-за погружения в анархию в 18 веке.

Несколько залов посвящены участию Польши в наполеоновских войнах, а также национальных восстаний 1830-31 и 1863. Но в настоящее время наибольшая часть выставочных площадей посвящена 20-му веку, особенно Второй Мировой Войне. Основная  коллекция музея включает  редкий позолоченный шлем 10-го века, который, как говорят, принадлежал польскому королю Болеславу I и сборник доспехов гусар конца 16 - начала 18 века.

Своё имя bаllock dagger или bollock dagger получает от фаллической формы рукояти (два шарика вместо обычной крестовины объединены с черенком) и пристрастием некоторых воинов 14 го столетия к ношению кинжала непосредственно перед поясом. Другой вариант названия, предложенный историками  викторианской эпохи с очевидным намерением преуменьшить сексуальное  значение формы кинжала — почечный кинжал (англ. kidney dagger). Хотя в Германии название Nieren-Dolch, которое переводится как почечный кинжал (произносится ньирендольх) было в ходу и в средние века.

Появившись на  изображениях около 1300-1350, этот кинжал имеет один из самых длинных интервалов продолжительности  использования из  основных видов средневековых кинжалов. На континенте он продолжал использоваться и в течение 16 столетия, в Англии его форма сохранилась в 17 столетии как "кинжал возмездия" (dudgeon dagger). Только в Шотландии, именно как Шотландский кинжал (Дирк) он продолжает быть в употреблении и в 18 столетии.

В раннесредневековой Европе мечи расценивались как необходимое боевое и в то же время как престижное оружие. Ученые давно пытаются раскрыть загадку о местах изготовления этих мечей. Новые поиски, связанные с находками на территории древней Руси, продвигают решение этой сложной проблемы.

Оказавшись в 1994 г. в Национальном музее истории Украины в Киеве, я обратил внимание на обломок меча, который был временно выставлен в витрине на месте увезенного на выставку в Данию. Мечи упомянутого музея были изучены мной в 1963- 1964 гг., но тогда этого предмета не видел. Он находился в помещении Фондов среди депаспортизированных вещей. Меч заметил археолог В.Н.Зоценко, разглядев, что на клинке уцелела старая этикетка с номером 6430 Музея древностей и искусств Императорского университета Св.Владимира (современный шифр хранения В-329). Благодаря любезности сотрудников музея В.Павловой и М.Панченко удалось не только расчистить и сфотографировать клинок меча, но и получить сведения о его находке. Судя по записи в рукописном каталоге, предмет был найден в Киевском уезде Киевской губернии и 31 декабря 1894 г. передан Императорской археологической комиссией в Музей университета[1]. Можно предположить, что меч был обнаружен в дружинном погребении Киева или его округи в 1890е г. Именно в этот период в печати отмечались неоднократные находки древних клинков, поступившие затем в различные собрания Киева[2]. К сожалению, не все из них описывались и публиковались.