Всякое разное :

Аламнер: миф и реальность. Важнангерское (Мало-Сундырское) городище и его округа

  автор: SHARIK  |  30-мая-2012  |  13917 просмотров  |  Пока нет комментариев
загрузка...

 

Человек познает историю страны через судьбы и биографии известных людей, конкретные даты и события, наиболее интересные объекты, памятники и места, связанные с прошлым. Именно таким местом является знаменитая Сундырская Гора, расположенная на правом берегу р. Волги в Горномарийском районе Республики Марий Эл. Огромный мыс, стрелкой на запад, словно птица, стремительно врезается в волжскую пойму и гордо возвышается над оврагами, долинами, деревнями, как бы одаривая их своим великолепием и в то же время подчиняя их своему величию. Не в этом ли кроется магическая сила Сундырской Горы, которая издавна притягивает к себе путешественников, торговых и лихих людей, историков, туристов, да и всех, кто проезжает по Волге.

Что это за город

Аламнер (город на горе, найти на карте), Оролы курык (сторожевая гора), Чалымский городок, Сундырская Гора, Мало-Сундырское городище, Важнангерское городище – под такими названиями это место сохранилось в памяти народа и исторических источниках, каждое название имеет свою легенду и связано с конкретными событиями. Обратимся к известным историческим фактам, мифам, преданиям, запискам краеведов и попытаемся восстановить картину прошлого. Рассказывая о событиях средневековой давности, легко увлечься, преувеличить роль отдельного народа или одной личности в судьбе края. Но нам на помощь приходит археологическая наука. Именно благодаря материальным остаткам («вещдоки» – шутят археологи): жилищам, предметам быта, орудиям труда и вооружению, монетам, полученным в ходе археологических раскопок, можно определить, какие народы проживали в этой местности, и установить точную дату тех или иных событий. Начиная с 1958 года на городище проводились археологические раскопки. В раскопках в разные годы принимали участие известные марийские археологи: доктор исторических наук В.В. Никитин и кандидаты исторических наук: С. В. Большов, Д. Ю. Ефремова, А. В. Михеев, Б. С. Соловьев, лаборант С. В. Долгополов, работавшие в качестве руководителей отдельных секторов и раскопов. В течение многих лет помощь археологам оказывали студенты МГПИ им. Н. К. Крупской (руководитель практики – доктор исторических наук А. Г. Бахтин) и школьники п. Медведева и г. Йошкар-Олы (руководители И. И. Панов и О. А. Колос). Двенадцать полевых сезонов профессионалы-археологи, любители истории и просто любознательные романтики пытаются постичь загадку таинственной горы и понять суть происходивших здесь событий.

Исторические и фольклорные источники

Воспоминания о необычной горе сохранились в памяти народа. Многочисленные легенды и предания называют это место городищем, крепостью, городом, священным местом и связывают преимущественно с военными действиями между татарами и русскими. Историки еще в XIX в. обратили внимание на информацию, содержащуюся в устном народном творчестве, и сделали попытку интерпретировать эти материалы с помощью текстов русских летописей. В результате появились различные точки зрения о роли и значении городища в истории народов Среднего Поволжья. Мифы и легенды, оценки историков настолько противоречивы, что иногда рождается сомнение в том, что речь идет об одном и том же объекте. На берегу реки Сундырки, на расстоянии шести верст от того места, где она впадает в Волгу, около горы у деревни Малый Сундырь до сих пор сохранилось место марийской крепости. Ее построили еще до того, как русские захватили Казанское царство. По словам древнего народа, там когда-то находился город Салым. У этого города в 1551 году был побежден князь Палецкий, спускавшийся со своим войском на многочисленных лодках на Казань (захват Казани). Марийцы в том месте запрудили Волгу деревьями и камнями, поэтому лодки князя, столкнувшись с ними, развалились, а солдаты погибли от стрел, летящих с берега подобно дождю, и от бревен, катящихся, словно каменные глыбы. На том месте погибло и утонуло много тысяч людей. Сам Палецкий смог уцелеть лишь с несколькими лодками и спастись. Наверное, такое страшное сражение родило поговорку: «С одной стороны черемиса, а с другой – берегися». Но вскоре после этого постыдного поражения и крепость и город Салым были сожжены отрядом солдат под предводительством боярина Морозова. О том, как уничтожили и сожгли этот город, есть и другое древнее сказание. В то время, когда Иван Грозный шел к городу Казани, предводитель марийцев подарил татарскому мурзе, держащему город Салым, коня. Тому подарок не понравился, и он вырезал шкуру на крупе животного. Рассердился марийский начальник и сразу же отправился в Нижний Новгород, к царю Ивану. В то время царь находился там. Марийский князь попросил у царя сто человек и много пороха. Поверил его словам царь и дал ему всего, что тот просил. Марийский начальник тайно провел русских солдат в крепость Салым и взорвал ее. Тошты мары шаявлд / В. А. Акцорин поген. – Йошкар-Ола, 1972. С. 160, № 149.

 Сундырская гора  с древними укреплениями никакого особенного названия у черемис не носит, равно и окрестные черемисские деревни названий исторических не имеют; а по-чувашски расположенное при подошве ее с. Малый Сундырь называется Ар-Сундер. Слово сие дает двоякий смысл: мели Сундырь (речка) или: ар пусть погаснет (по-чувашски, впрочем, мели правильнее выговаривается авыр, а не ар). Не происходит ли название от аринов, которые, может быть, проживали в том городе вместе с татарами и черемисами и делали нападение на русских? При всех стараниях, я не мог добиться от черемис, как назывался у них этот город; они утверждают только, что тут был город, а как он назывался, отзываются неизвестностью, почесывая при том свои затылки. Рассказывают они, что в оной горе хранится несметная заколдованная казна – сорок бочек золота; но я, при осмотре развалин сих, не видал ни одной медной денежки, кроме высунувшихся огромных скал. Гора сия, когда подъезжаешь к ней, представляется величественною, как грозный исполин; а вид с нее самый очаровательный: пространные луга, покрытые кустарниками, озерами, перерезанными в различных направлениях таловыми и осокоревыми огромными деревьями; р. Волга, за нею сплошной лес, теряющийся в отдаленной синеве, а по нагорной стороне частые черемисские деревни с садами и густыми деревьями; затем на прекрасной горе – с. Владимирское, за которым вдали г. Козьмодемьянск с церквами, и в довершение всего при подошве горы с. Малый Сундырь – все это представляет восхитительную картину. Теперь, где прежде происходила борьба русских с враждебными народами, утопавшими в язычестве, видишь православные храмы, просветившие этих народов. Михайлов Спиридон // Труды по этнографии и истории русского, чувашского и марийского народов. – Чебоксары, 1972. С. 33–37. Впервые опубликована в Казанских губернских ведомостях, 1852, №№ 29, 30.

Постройки Мало-Сундырского городища

Оборонительная система Важнангерского (Мало-Сундырского) городища В первых исторических упоминаниях о Сундырской горе в XIX в. достаточно красноречиво описаны остатки земляных оборонительных укреплений: «…укрепление начинается первоначально с западного края горы, едва приметным рвом, сравнявшимся с землей, который, простираясь на юг, становится значительнее, а далее всю южную сторону, примерно на четверть версты, огибает полукругом земляной вал, вышиною местами аршина в два, а ров глубиною более аршина, идет рядом за валом, и достигают они оба до северного края горы, совершенно их отсекающей своим крутым утесом к волжской стороне; самая середина вала и рва перерезана: по всей вероятности, существовали тут ворота, или какое-нибудь другое отверстие для вылазок» (Михайлов С. М. 1972а. С. 34). За столетие вал оплыл, не так четко фиксируются отдельные детали насыпи, но все же остатки оборонительной системы в виде земляного вала с проездом, рва с напольной стороны и очень слабой ложбинки со стороны мыса заметны и в настоящее время.

деревянная крепость земляной вал
Жилые и хозяйственные постройки

 Жилые постройки В 2004 году в раскопе 1 обнаружены остатки наземного дома, которые позволили по-новому посмотреть на результаты предшествующих раскопок. Наземное жилище по материалам раскопок 2004 года представляло собой срубный дом квадратной формы, площадью 27 кв. м. Стены дома ориентированы по сторонам горизонта. Нижние венцы сруба положены на грунт без фундамента. Под тяжестью постройки нижние венцы осели на 10–12 см. Диаметр бревен, судя по отдельным обугленным фрагментам, составлял не менее 20 см. Нижние венцы сруба с внешней стороны обмазаны глиной. Следов соединения бревенчатых стен не обнаружено. Можно предположить, что дом был рублен в угол. Никаких столбов для дополнительного укрепления кровли не обнаружено, вероятно, она опиралась на стропила, уложенные на боковые стены сруба. В юго-западном углу стояла глинобитная сводчатая печь, устьем повернутая на север. Печь стояла вплотную к стенам жилища. Красный угол традиционно устраивался по диагонали с печью, а значит в северо-восточном углу. Вход в жилище на плане не прослежен, он, видимо, прорублен в одной из стен. При такой планировке жилища юго-восточный угол был занят лавками или спальными нарами. В рассматриваемой жилой постройке этот угол менее всего был насыщен находками.  Раскопанный в 2004 году дом больше всего соответствует описаниям марийской курной избы, которая, по свидетельствам старожилов, являлась старинным марийским жильем (Крюкова Т. А. 1956. С. 112–113; Марийские постройки домов, надворные постройки. № 6. С. 5). Наземные дома с печным отоплением для марийской культуры XIV-XV вв. становятся обычным явлением, о чем свидетельствуют находки на других марийских поселениях. Многие детали планировочной структуры и строительные приемы находят аналогии в домостроительной технике соседних народов Среднего Поволжья. Наземные дома, расположенные без всякого порядка, размерами 4-5 м обнаружены на селище Полянки XIII-XIV вв. в Ковылкинском р-не Мордовии. Интересно, что бревна снаружи обмазывались слоем глины. Куски найденной в культурном слое обмазки имеют на одной стороне отпечатки дерева (Горюнова Е. И. 1963. С. 144). Стены обмазывались снаружи глиной для утепления и в домах волжских булгар (Шарифуллин Р. Ф. 1993. С. 62). Основные типологические признаки марийских жилищ XIII-XV вв. имеют истоки в материалах I тыс. н.э. Подквадратная форма, ориентировка стен по сторонам горизонта, срубная конструкция отмечены начиная с VII в. (Сомовское II городище), на рубеже I-II тыс. н.э. (Удельно-Шумецкое селище), в XI-XIII вв. (Васильсурское V городище) (Никитина Т. Б. 2002. С. 48-52).

 Совершенно иной характер имеет постройка за основным рвом городища в раскопе 1, 2002 года, которая представляет собой полуземлянку прямоугольной формы размерами по дну 600 на 290 см, углубленную в материк на 120 см. Стены полуземлянки, так же как и наземного дома, ориентированы по сторонам горизонта и укреплены деревянной конструкцией, от которой по краю котлована сохранились обугленные фрагменты. По всей вероятности, это был сруб, встроенный в землю. Вход в землянку находился, вероятно, в боковой восточной стене, где фиксируются уступы, укрепленные камнем. Традиционной марийской постройкой является амбар для хранения зерна, в котором нередко помещали ручную мельницу. Пол амбара, как правило, был поднят над землей на столбах. К сожалению, данный тип постройки трудно определяется археологическими методами изучения.

деревянный дом хранилище 

В этнографических материалах в качестве особенностей марийской усадьбы отмечено строение кудо, которое использовалось как кухня, летнее жилье и место проведения семейных жертвоприношений (Сепеев Г. А. 2005. С. 97). В этнографической литературе сохранилось следующее описание: «Кудо представляло собой срубное строение с двускатной крышей, без окон, пола и потолка, с открытым очагом посредине. На уровне потолка между торцовыми стенками укладывались два параллельных бревна. Они служили опорой для передвигающегося по ним Т-образного шеста с крюком в нижнем конце, на который подвешивались котлы. У луговых и восточных марийцев дверь прорубалась в торцовой стене, у горных – иногда в боковой» (Сепеев Г. А. 2005. С. 97). В отдельных описаниях кудо представляет из себя просто шалаш с очагом и котлом над ним (Горные черемисы. 1853. С. 226). С точки зрения археологии хорошо уловимыми признаками кудо является открытый очаг. Вокруг таких очагов фиксируется наибольшее скопление керамики, индивидуальных находок. Постройку над очагом трудно зафиксировать, иногда они определяются только по наличию столбов или натоптанному гуммированному заполнению вокруг очага.

 Навесы. Остатки опорных столбов, предположительно от сарая-навеса для транспортных средств и хранения хозяйственного инвентаря, обнаружены в предвальной части городища в раскопе 1983 года. Западная часть этого сооружения находится достаточно близко от сильно утрамбованной интенсивно гуммированной площадки прямоугольной формы, которая вполне могла быть полом стойла для лошадей, тем более что рядом обнаружен обломок конского стремени. Овины-шиши предназначены для сушки снопов. Остатки такого объекта изучены в раскопе 1964 года (яма № 4). По мнению Т. А. Хлебниковой, яма № 4, первоначально служившая погребом, использовалась впоследствии в качестве заглубленного в землю жилья (Хлебникова Т. А. 1967. С. 157). Небольшие размеры этого строения в углубленной части (менее 2 м в ширину по полу) делают его трудным для эксплуатации. На городище прослежено несколько ям достаточно крупных размеров, которые не содержат выразительных культурных остатков, имеют слабогуммированный слой и не подлежат интерпретации. Они могли возникнуть при различных обстоятельствах. Например, известно, что марийцы «выкапывают яму и извлеченную землю насыпают в нее, если земля в яме будет с верхом, значит можно строиться, а если яма не наполнится, то на данном месте строить нельзя» (Сепеев Г. А. 1965. С. 91). Данные ямы могли также входить в комплекс хозяйственных построек, которые, к сожалению, не всегда удается выявить археологическими методами.

Вещевой комплекс

керамика
Находки средневековой керамики

Керамика является наиболее массовой категорией находок на городище. За все годы раскопок было обнаружено более 10 тыс. фрагментов. Керамика городища в целом представлена очень мелкими фрагментами, не всегда пригодными для обработки. Население Важнангерского (Мало-Сундырского) городища находилось на стадии освоения гончарного круга, значительная часть сосудов лишь подправлена на круге, что хорошо просматривается в основном по горловине и венчику. Конструирование полого тела происходило на круге. Основными орудиями заглаживания были руки гончара, мягкий материал (ткань) и деревянный нож. Окраска сосудов имеет различные оттенки: 1) темно-серая, практически однотонная, но в середине черепка прослеживаются бурые прослойки или пятна; 2) пятнистая коричнево-серая, иногда буроватая, в изломе слоистая. В связи с этим Васильевой И. Н. определены следующие особенности обжига: 1) применение обжига с недостаточно продолжительной выдержкой при температуре каления 650-700°С, что проявилось в наличии темной сердцевины в черепке; 2) проведение обжига в специальных обжиговых устройствах (печах или горнах) для керамики первого вида окраски и костровой обжиг для второй группы; 3) предпочтение обжигу в восстановительной атмосфере (т.е. без доступа воздуха на заключительном этапе), после которого керамика приобретает темно-серую или буровато-серую окраску. Отсутствие орнаментации и скульптурных служебных частей (носиков, ручек и т.д.) свидетельствуют о простейшей структуре гончарства. Данная группа керамики Важнангерского (Мало-Сундырского) городища по форме, составу формовочной массы, оформлению венчика наиболее близка керамике древнерусского населения. По материалам источников венчик варианта 6 имеет распространение у русского населения Волжской Булгарии с XII по XV вв. (Полубояринова М. Д. 1993. С. 38; Хлебникова Т. А. 1988).

 В культурном слое городища найдены отдельные украшения, предметы быта, вооружения, позволяющие составить определенное представление о материальной культуре населения середины II тысячелетия. До настоящего времени имелись лишь единичные вещи этого периода. Изделия выполнены из черного или цветного металла, кости, керамики. Характеристика инвентаря дается по основным функциональным категориям.

Орудия труда

ножи с затыльниками
Ножи и приспособления для заточки

Ножи  По функциональному назначению ножи разделены на две группы: А – универсально-бытовые и Б – специальные. Затыльники для рукоятей ножа Муфты – 2 экз. Одно костяное изделие имеет листовидную форму и, вероятно, вместе с затыльником листовидной формы являются деталями одного ножа. Муфта из железа имеет форму овала. Оселки. Для заточки ножей использовали оселки. Резец – 1 экз. Относится к разряду крючковидных резцов и предназначен для токарных работ по дереву, а также его могли использовать при изготовлении ковшей. Стамеска – 1 экз. Имеет длину 16 см, квадратное сечение стержня и круглое сечение черешка. Рабочая часть приострена. Использовалась для работы по дереву. Шилья – универсальный инструмент, используемый в хозяйстве и в ремеслах. На городище обнаружено пять экз. По сечению различаются 4 вида: с круглым сечением (1 экз.), с ромбовидным сечением (2 экз.), с квадратным сечением (1 экз.), с прямоугольным сечением (1 экз.). Последний экземпляр имеет очень крупный размер (длина 12 см) и приближается к сверлу. Иглы – 2 экз., среди которых 1 представлен обломком. Целый экземпляр изготовлен из проволоки круглого сечения и имеет длину 7,5 см. Судя по размерам, данная игла принадлежит к типу сапожных, шорных или для шитья тяжелых тканей. Кочедыки – 2 экз., представлены во фрагментах. Использовались для плетения лаптей. Зубила – 4 экз., использовались для рубки металла в холодном состоянии. Пинцет – 2 экз., изготовлены из железа. Пинцет представляет собой две удлиненные пластинки с плоскими губами на конце, имеющие пружинящее скрепление на одном конце и захватывающее приспособление на другом. Косы – 2 экз., относятся к категории кос-горбуш, но различаются по размерам и оформлению рукояти. Коса-горбуша имела короткую рукоять, такой косой работали согнувшись, причем косить можно было и в правую и в левую стороны. Серп – 1 экз., представлен фрагментом окончания лезвия длиной 12,5 см. Местами на лезвии сохранились слабые следы от зубцов. Жернова – 4 экз. Оковка для лопаты – 1 фрагмент, изготовлена из железного расплющенного листа шириной 1–1,5 мм, сваренного по внешнему краю. Внешняя грань оковки отбита и заточена. Рыболовные крючки – 3 экз., представлены небольшими одноконечными крючками высотой 4–5 см. Рыболовные грузила – 13 экз. По форме сечения грузила делятся на линзовидные (1 экз.), округлые (3 экз.) и овальные (9 экз).

  Бытовые предметы: Замки – пять целых изделий и дужки или отдельные фрагменты еще от девяти экземпляров. Замки относятся к различным группам. Группа 1. Навесные замки с выдвижной дужкой и расходящимися пружинами.  Группа 2. Замочек из цветного металла в виде стилизованного изображения лошади. Поверхность украшена кружковым орнаментом. Ключи – 11 экз. По форме ключи делятся на отделы: а) коленчатые, б) простые уплощенные, в) с выступом на стержне,  г) ключи с полым стержнем и бородкой на конце, д) ключи с массивным стержнем. Ключи а–в использовались с замками вышеописанной группы 1. Ключи г–д служили для открывания прирезных накладных комбинированных деревянных с металлическим внутренним механизмом или цельнометаллических замков.

замок средневековые ключи
Замок в виде стилизованного изображения лошади Коленчатые ключи

 Кресало – 2 экз. Прямоугольной формы с прорезью в центре, имеют размеры: длина 151-152 см, ширина 20-22 см. Нижнее окончание кресал в виде небольшой заостренной лопаточки, клиновидной в сечении. У одного экземпляра сохранилась петля для подвешивания кресала к поясу. Гвозди железные – 5 экз. Гвозди кованые, имеют четырехгранный стержень, шляпки в форме многоугольника или овала. Котлы изготовлены из бронзы и железа. Дужки железные – 4 экз., имеют плоское сечение и небольшие крючки на концах. Они не похожи на дужки от описанного выше котла. Скорее всего, эти дужки крепились к другим сосудам, вероятно, к ведрам. Петли железные для подвешивания котлов над очагом сделаны из крученого дрота и представлены во всех случаях одним звеном – 3 экз. Тарелка чугунная или поддон – 1 экз., представлен небольшим фрагментом в слое жертвенника. Скобы железные – 11 экз., использовались для скрепления досок. Скобы делятся на ленточные и эллиптические. Существует мнение, что эллиптические скобы применялись для нужд судостроения (Захаров С. Д. 2004. С. 209). Клинья железные – 11 экз., использовались для скрепления деревянных конструкций. Пряслица из глины (15 экз.). Туеса – 2 экз., обнаружены в постройке 2004 года. Днища сосуда диаметром 10-12 см изготовлены из нескольких слоев бересты. По периметру днища имелись парные отверстия, которые служили для соединения донца со стенками.

Вооружение всадника и коня

Булава – 1 экз. На городище найден железный набалдашник биконической формы с отверстием в центре, в которое вставлялась рукоять. Рукоятка, судя по трухе, сохранившейся в отверстии, была деревянной, обмотанной сверху тонкой железной пластиной, закреплялась в набалдашнике тремя железными, с прямоугольным сечением, штырями. На Руси булава имела широкое распространение в период с XII по XV вв. (Медведев А. Ф. 1959. С. 137). Наконечники стрел – 5 экз., изготовлены из черного металла и относятся к отделу черешковых. По поперечному сечению пера подразделяются на группы: а) плоские; б) овальные или подромбические; в) ромбические. Крючки от колчанов – 2 экз., различаются по материалу, из которого изготовлены. Подобные крюки крепились на ремень и служили для закрепления колчана от тряски при верховой езде. Специалисты по вооружению считают, что такой крючок – «верный признак конного лучника» (Кирпичников А. Н., Медведев А. Ф. 1985. С. 313). Удила – 1 фрагмент из раскопок 1999 года представлен звеном (грызлом) от двухсоставных удил. Длина, судя по сохранившемуся фрагменту, составляла 80-85 мм. Гвозди от подков. На площади древнего святилища найдено три гвоздя с прямоугольной шапочкой от подков. Пряжки подпружные изготовлены из черного металла.

1-5 - наконечники стрел; 6,7 - крючки от колчанов; 8 - булава; 14 -стремя; 15 - кольчуга;
Железная булава с элементами обкладки рукояти
Стремена, наконечники стрел, булава, крюки

Доспех Кольчуга. Фрагмент кольчуги состоит из железных звеньев подпрямо-угольной формы. Размеры звеньев 8 на 6 мм, сделаны из круглой проволоки толщиной 1,5 мм. Звенья с одной стороны незавершенные, концы загнуты вверх.  Стремена – 2 экз. Одно изделие сохранилось полностью, имеет арочный контур, широкую подножку и выступающую прямоугольную дужку с горизонтальной прорезью для путлищ.

Украшения, предметы культа, торговли и досуга

Серьги и височные кольца изготовлены из цветного металла. Височные кольца представлены перстнеобразными проволочными бронзовыми и серебряными изделиями – 3 экз. Серьга в форме знака вопроса из медной проволоки. Стержень имеет дополнительную проволочную обмотку и нанизанную бусину. В марийском костюме XVI–XVII вв. аналогичные украшения стали этноопределяющими, но имели в большинстве случаев более крупные размеры и использовались в качестве височных колец (Никитина Т. Б. 1992. С. 52 ).  Перстни – 6 экз. Все перстни относятся к типу перстней-печаток и имеют щиток, на котором иногда заметны слабые неясные очертания каких-то изображений. Бусы – 5 экз. Костяная пластина. Найден фрагмент тонкой пластины с циркульным орнаментом, толщина пластины 1,5 мм. Накладки различаются по материалу, из которого изготовлены. «Копоушки» – 5 экз., различаются по материалу.  Зеркало – 1 фрагмент из цветного металла с высоким краем и нечетким изображением животных, бегущих по кругу. Диаметр изделия 7–8 см. Зеркало близко изделиям отдела К по типологии Г. А. Федорова-Давыдова, имеет аналогии в Болгаре, Увеке, Новом Сарае и датируется второй половиной XIII-XIV вв. (Федоров-Давыдов Г. А. 1966. С. 82, 116, рис. 14–3). Бронзовые пластинки – 2 экз., подквадратной формы, с одним отверстием. Подвеска – 1 экз., из железа овальной формы с загнутым ушком. Размеры подвески 1,6 на 2 см.

копоушки находки перстней крестик Киевской Руси крестики
Копоушки - ковырялки в ужах Перстни, подвески, серьги и прочее  Кресты

Кресты – 8 экз. По материалу кресты делятся на каменные и бронзовые.  Аналогий данным изделиям не обнаружено, но по технике оформления концов и пропорциям они близки находкам с Никулицына городища (Макаров Л. Д. 2001. Рис. 59–2; Полубояринова М. Д. 1997. Табл. 121–15). На Руси подобные кресты получили распространение в XIV-XV вв. (Полубояринова М. Д. 1997. С. 217). В материалах Новгорода в слое XIV -начала XV в. близкие по форме кресты не имеют дополнительных выступов на концах (Седова М. В. 1981. Рис. 16–8).

 Торговый инструментарий представлен двумя осями от весов, свинцовым грузиком, весами для монет. Грузик – 1 экз., имеет форму усеченного конуса, небрежные насечки по верхнему краю. Назначение свинцовых грузиков окончательно не выяснено, одни считают их разновесом, другие пломбами, которые привешивались к связкам шкур животных (Валеев Р. М. 1986. С. 110; Хузин Ф. Ш. 2001. С. 239), но большинство исследователей все же связывают их с товарно-денежным обращением.

«Щипчики» из цветного металла состоят из двух лопастей с щитком на конце, соединенных друг с другом шарниром, имеют длину 6 см. Функциональная принадлежность данных изделий однозначно не определена. Большинство исследователей считает их рычажными весами необычной конструкции, которые использовались «для быстрого взвешивания золотоордынских серебряных монет» (Федоров-Давыдов Г. А. 1994. С. 178; Судаков В. В. 1996. С. 172; Руденко К. А. 2004. С.277). Встречаются эксклюзивные находки, назначение которых объяснить можно лишь условно.

Шахматы. В раскопе 2000 года найдена костяная поделка в виде усеченного конуса со срезанным верхом. Высота изделия – 1,7 см, диаметр основания – 1,4 см, диаметр верхушки – 0,8 см. Верхняя часть украшена тремя глубокими вертикальными насечками, в центре небольшое, несквозное отверстие. Близкая по форме поделка обнаружена в Новгороде и определена как пешка от шахмат (Рыбина Е. А. 1997. С. 325, рис. 59). Игральные фишки или битки – представлен 1 астрагалом с сильно залощенной поверхностью.

щипчики Варган
«Щипчики»  Варган

Музыкальный инструмент. В 1983 году был найден интересный железный предмет, назначение которого установить трудно. Предмет имел форму небольшой дуги с удлиненными концами. Длина концов 6,4 см, в центре изгиба крепился (скорее всего, приклепан) тонкий пластинчатый язычок, от которого сохранилось лишь основание длиной 0,4 см. Данное изделие напоминает музыкальный инструмент «варган», найденный в Новгороде в слое XVI в. (Колчин Б. А. 1959. С. 117–118) и марийский инструмент умша ковыж, что означает ротовая скрипка (Герасимов О. 1996. С. 72–73).

Вывод

Культурная и этническая принадлежность, датировка Важнангерского (Мало-Сундырского) городища, его роль в исторических событиях Среднего Поволжья вызывали интерес и неоднозначные оценки с самого первого дня открытия этого памятника. Такой интерес вполне оправдан. Городище является ключевым памятником для решения многих проблем. Период с середины II тыс. н. э. вплоть до присоединения Поволжья к Русскому государству остается достаточно «темным» пятном в истории финно-угорских народов Среднего Поволжья. Недостаток как русских, так и татарских письменных источников, полное отсутствие таковых на языках финно-угорских народов увеличивают ценность археологического материала не только для изучения материальной культуры проживающих здесь народов, но и для выяснения этнокультурной ситуации в регионе. Важнангерское (Мало-Сундырское) городище, как один из самых крупных памятников Марийского Поволжья, является наиболее перспективным объектом для исследований в этом направлении. Суммируя все вышеизложенное, можно говорить о том, что Важнангерское (Мало-Сундырское) городище «Аламнер» являлось административно-военным, религиозным и торговым центром Важнангерской округи. Формирование такого центра соответствует раннефеодальному обществу накануне образования государства (Рыбаков Б. А. 1958. С. 852).

Многочисленные аналогии свидетельствуют, что ареалообразующим ядром являлись племенные центры этнических образований, опорные пункты феодализирующейся знати, поселения городского типа и на более развитой ступени города. Последующее изучение памятника позволит выяснить уровень этих отношений внутри марийского общества и установить роль Важнангерского (Мало-Сундырского) городища в его консолидации. Выводы, сделанные в работе носят в большей степени предварительный характер, последующие раскопки позволят значительно расширить представления о культуре, хозяйственной деятельности, социально-экономических отношениях, этнокультурных контактах и связях марийского населения в этот период. Однако авторы данной работы не сомневаются, что публикация материалов необходима уже сегодня, потому что они в значительной степени заполняют одну из наименее изученных страниц в истории народов Среднего Поволжья.

 

Авторы: Никитина Т.Б., Михеева А.Н. Аламнер. Миф и реальность (Важнангерское (Мало- Сундырское) городище и его округа). - Йошкар-Ола, 2006. 

загрузка...
  Голосов: 0
 
Зооморфный замочек, аналогичный фото

Вы просматриваете сайт Swordmaster как незаригистрированный пользователь. Поэтому скрытый текст скрыт. Комментарии будут вводится через капчу с предварительной модерацией. Если нашли ошибку — выделите её и нажмите Ctrl+Enter. Для того чтобы пользоваться полным функционалом сайта, рекомендуем .


Добавление комментария
Ваше Имя:      Ваш E-Mail (по желанию):  
Полужирный Наклонный текст Подчеркнутый текст Зачеркнутый текст | Выравнивание по левому краю По центру Выравнивание по правому краю | Вставка смайликов Вставка ссылкиВставка защищенной ссылки Картинка Выбор цвета | Скрытый текст Вставка цитаты Преобразовать выбранный текст из транслитерации в кириллицу Вставка спойлера