Оружие и Доспехи :

Два предмета мамлюкского вооружения с территории Молдовы

  автор: SHARIK  |  6-ноября-2012  |  11080 просмотров  |  Пока нет комментариев
загрузка...

У арабских авторов мамлюкского Египта, описывавших дипломатические отношения с Золотой Ордой, наивысшая активность которых пришлась на период с начала правления хана Берке до первых лет правления хана Узбека [1, с. 90], периодически упоминаются поставки оружия золотоордынским ханам. Один из авторов настоящей статьи в своей недавно вышедшей работе приводит прямые сведения о трех таких крупных поставках и, как минимум, косвенные свидетельства еще о двух [2, с. 81-83].

Очень большой редкостью являются случаи, когда археологические находки становятся непосредственной иллюстрацией источников, оставленных современниками. На данный момент в нашем распоряжении имеются два предмета вооружения, происходящих с территории современной Молдовы, которые служат хорошим иллюстративным материалом к свидетельствам письменных источников, приведенным в статье Ю.А.Кулешова.

В 1984 году Буджакской новостроечной археологической экспедицией под руководством Е.Н. Сава, С.М. Агульникова, И.В. Манзуры в 3 км к северу от с. Балабаны Тараклийского района Молдавской ССР в составе курганной группы Балабаны II был исследован курган 1, содержавший два ограбленных позднекочевнических погребения золотоордынского периода. Во втором погребении этого кургана среди разнообразного инвентаря была найдена булава-шестопер1. Само погребение не раз уже становилось предметом публикации [3. р.191-220; 4, р.63-90], поэтому мы не будем останавливаться на нем подробно, а сразу перейдем к интересующей нас находке.

1 В оружиеведении под «шестопером» понимается ударное оружие, где боевая часть выполнена в виде вертикально расположенных ребер – перьев, отсюда и название. Также данный вид нередко называют пернач или пернат.

Булава сейчас хранится в Национальном музее археологии и истории Молдовы, ее инвентарный номер FB-26254. Она имеет следующий вид. На металлический цилиндр высотой 6,5 см и диаметром 2,5x2,6 см симметрично напаяны 6 перьев, близких по форме к пятиугольнику. Длина каждого пера – 3,3 см, ширина колеблется в районе 1,2-1,5 см. Снизу на три четверти цилиндр полый, толщина стенок – 2-3 мм, глубина втулки – 5,6 см, в 0,7 см от нижнего края она пробита металлическим штырем, концы которого расклепаны. Нет никаких сомнений, что этим штырем фиксировалась рукоять. Общий вес шестопера – 321,48 г. Рассматриваемый образец очень богато декорирован. Основание до перьев, торцы перьев и верх шестопера полностью позолочены, позолота нанесена на плакировочную сетку. На основании втулки, среди позолоты, по всей окружности также плакирован серебром эпиграфический орнамент, выполненный почерком «куфи». Наверху шестопера, по центру, позолотой изображен мамлюкский герб – «ранк». Он традиционно разделен на три горизонтальные части, верхнее поле золотого цвета, в среднем изображена чаша, нижнее поле повреждено коррозией (рис. 1-2).

Несомненно, это очень интересная находка, потому как любой подобный экземпляр пополняет информацию о тех видах оружия, которые находят не так часто [5, с. 288]. Если мы обрат ся к вещественному материалу, то увидим, что данная группа оружия периодически встречаете на памятниках, относящихся к золотоордынскому периоду, от Молдовы до Казахстана [5, с. 288, рис. 1-2; 6, с. 7; 7, с. 48, рис. 1; 8, с. 21, рис. 3, 19; 9, с. 243, рис. 2. 1; 10, с. 117, рис. 32, 12; 11,с. 77; 12, с. 144, рис. 260-261; 13, с. 247-248, рис. 31; 14, с. 351, рис. 6.1; 15, с. 126-137, рис. 1-4; 16, с. 69-71, рис. 12, 4; 17, с. 83, рис. 33.3; 18, с. 151, рис. 2]. Более того, в письменных источниках булавы упоминаются как постоянно используемое оружие у воинов Золотой Орды. Так, венецианский купец и путешественник Марко Поло, описывая одну из битв, произошедших между ханом Берке и ханом Хулагу, пишет следующее: «А когда израсходовали все стрелы, схватились за мечи и палицы, бегут друг на друга и раздают удары сильные» [19, с. 375]. А в недавно опубликованном И.М.Миргалеевым повествовании «Последний из Сартаева рода» о булавах говорится как об одном из главных предметов золотоордынской паноплии: «Мы кликнули всех мужчин, которые могли владеть буздыканом и клычем (здесь булавой и саблей. -Ю.К., Е.А.) [20, с. 104]. Таким образом, мы видим, что золотоордынцы данный вид оружия знали и постоянно использовали в военных столкновениях. Однако большой интерес к балабановской находке заключается в другом, а именно в ее оформлении, которое позволяет несколько в ином ключе подойти к факту поступления предметов вооружения в Золотую Орду.

булава шестопер булава-шестопер
 Рис. 1. Шестопер из золотоордынского погребения у с.Балабаны. Рис. 2. Шестопер из золотоордынского погребения у с.Балабаны. Прорисовка.

Первое, что обращает на себя внимание, это позолота на торцах перьев, непосредственно ударной части шестопера, что ставит под сомнение ее боевое применение, то есть перед нами статусное, а не боевое оружие. Как известно, в более позднее время в Восточной Европе, на Ближнем Востоке и в Средней Азии шестопер являлся символом власти, но это – первая находка оружия такого рода, относящегося к золотоордынской эпохе. Можно предположить, что традиция использования перначей в качестве статусного оружия уходит своими корнями именно к традициям Золотой Орды и мамлюкского Египта. Об этом косвенно может свидетельствовать ряд миниатюр из Сарайских альбомов, иллюстрирующих церемонии великих ханов, где придворная аристократия изображена практически поголовно с шестоперами [21, р. 45-50, tab.1-2]. А в вышеупомянутом повествовании «Последний из Сартаева рода» о перначе говорится прямо как о символе власти: «Когда Тура-Мянгу послал мне свою басму (здесь печать. - Ю.К., Е.А.), я отослал ее обратно. И еще прибавил к этому надломленную стрелу и мертвую мышь. Я смеялся над ним. Я сам имел свой пернач и тамгу. Я сам ими распоряжался, как мне было угодно. Я был и аксакалом, и 6аем».

Второе, что обращает на себя внимание, это личный мамлюкский герб «ранк» (рис. 3). Это вторая находка такого рода на территории Золотой Орды. В 2002 году Л.Э.Голубевым были опубликованы два изображения мамлюкского личного герба на медальонах плаща из погребения XIV в. в Прикубанье [22, с. 142-146].

булава шестопер мамлюцкие гербы ранки
Рис. 4. Мамлюкский шестопер, найденный на территории современных Палестины или Ливана. Частное собрание. Рис. 3. Образцы личных мамлюкских гербов «ранк» (по [22]).

И третьей интересной деталью является надпись на втулке шестопера. К сожалению, ее пока не удалось прочесть. При поиске аналогий шестоперу мы обратили внимание на пернач, происходящий с Ближнего Востока (с территории современных Палестины или Ливана) и относящийся к концу XII-XIII веков (рис. 4, 1-4) [23, tab.XII-63]. Автор статьи Шихаб аль-Шарраф отметил, что данный экземпляр был изготовлен из бронзы. Судя по внешнему виду, он представлял собой боевое оружие. И здесь обращает на себя внимание оформление шестопера. Так, на втулке под перьями, по всей окружности сделана надпись, плакированная серебром, буквальный перевод которой следующий: «Постоянное величие и всеобъемлющая цивилизация...». Последнее слово разобрать не удалось2. По оформлению и стилистике эта надпись близка той, что нанесена на образец из с. Балабаны (рис. 4, 5). На данный момент это единственная известная нам аналогия.

Исходя из всего изложенного, можно с большой долей уверенности отметить, что находка пернача из Балабан II представляет собой импорт, изготовленный на Ближнем Востоке в период господства мамлюков в этом регионе (2 половина XIII - по XV вв.). А так как наиболее тесные контакты между Золотой Ордой и Египтом осуществлялись в период с 60-х гг. XIII в. по 1310-е годы, то, скорее всего, рассмотренный шестопер относится к указанным временным рамкам.

2 Пользуясь случаем, авторы хотели бы выразить свою признательность старшему преподавателю Российского исламского университета (г.Казань) Д.Р.Зайнуддинову за оказанную помощь в прочтении надписи.

Второй находкой, которой посвящена настоящая статья, является шлем, хранящийся в фондах того же музея. Он не так давно был передан из расформированного Музея археологии, поэтому на данный момент предмет не имеет инвентарного номера. Предположительно шлем был найден на городище Старый Орхей, более точной информации нам найти не удалось.

мамлюцкий шлем
Рис. 5. Шлем, найденный предположительно на городище Старый Орхей. Вид сбоку и спереди.
шлем вид изнутри
Рис. 6. Шлем, найденный предположительно на городище Старый Орхей. Вид изнутри и сзади.
шлем
 Рис. 7. Соединительная полоса шлема. Вид снаружи и изнутри.

Высота шлема – 15,5 см, диаметр – 16,5x21 см, шлем глубокий, имеет плавный арочный лицевой вырез с максимальной высотой 6,6 см. Купол наголовья изготовлен из двух половин, соединенных широкой, 6 см, полосой (рис. 5-6). Соединительная полоса посажена на заклепки «в потай». Сверху, на макушке, поверх соединительной полосы, наложена дополнительная накладка. Установить ее размеры нет возможности, так как сама макушка разрушена коррозией, можно лишь говорить о том, что она по ширине равнялась самой соединительной полосе (рис. 7). По нижнему краю расположено 14 отверстий. Общий вес шлема составляет 0,768 кг.

Здесь стоит заметить, что это вторая известная на сегодняшний день находка шлема на золотоордынском городище. Первая находка - бронзовое навершие шлема из Нового Сарая, опубликованное в 1972 году М.Д. Полубояриновой [24, с. 169-170, рис. 2]. Кроме того, в отношении одной металлической накладки, найденной на Увекском городище, Л.Ф. Недашковский высказал предположение, что она может являться навершием шлема [16, с. 74-76, рис. 2]. Но, на наш взгляд, это предположение сомнительно.

В целом же на сегодняшний день нам известно около 90 шлемов с золотоордынских памятников [25, с. 273], но среди них нет ни одного похожего по форме и конструкции на шлем, найденный в Старом Орхее. Наиболее близким, в плане конструкции и внешнего вида, который мы смогли найти, является шлем, происходящий из Северной Африки и хранящийся в Тунисе, в Музее-дворце Раккада (Musee Nationale des Arts Islamiques Raqqada), близ г.Кайруан (рис. 8)3.

3 Пользуясь случаем, авторы хотели бы выразить свою признательность английскому исследователю Дэв( ду Николлю (David Nicolle) за оказанную консультацию в отношении данного шлема.
Шлем из Северной Африки
 Рис. 8. Шлем происходящий из Северной Африки. Хранится в Музее-дворце Раккада (Musee Nationale des Arts Islamiques Raqqada), близ г.Кайруан, Тунис.

Шлем представляет собой две боковые половины, соединенные широкой полосой. Снизу он дополнен достаточно широким ободом, который идет от виска к виску, при этом образовывай П-образный лицевой вырез, что делает шлем глубоким. Сверху на обод приклепана узкая полоса, концы которой оформлены в виде трилистника. Посередине накладки сделано пирамидальное утолщение с отверстием [26, р. 152-153, 41 1, fig. 369]. Можно предположить, что отверстие служило для фиксации подвижного колечка, которыми увенчивался ряд восточноевропейских и ближневосточных шлемов и которые служили для подвешивания матерчатых лопастей, украшавших шлемы.

Кроме шлема из Кайруана, еще один экземпляр боевого оголовья близок по форме предыдущему. Но он изготовлен по другой технологической схеме. Он обнаружен британскими учеными в местечке Пэвенси, графство Суссекс, Англия (рис. 9) [27, р. 26].

Очень похожи на вышеуказанные шлемы из Кайруана и Пэвенси три изображения боевых оголовий на миниатюрах в западной хронике эпохи Крестовых походов – «Истории Святой Земли» Гильома Тирского (Histoire d’Outremer, William of Tyre). Это произведение было написано во Франции, и его оформление закончено к 1261 г. На всех миниатюрах, нарисованных к «Истории» четко и детально, с характерной для западной изобразительной традиции того времени, показано сружение воинов как Запада, так и Востока. Из чего следует, что создатели манускрипта были очень хорошо знакомы с реалиями противоборствующих сторон середины XIII столетия. Так, на одной из миниатюр подобный шлем можно видеть на султане Дамаска – Нурредине, бегущем от воинов-крестоносцев (рис. 10,1). А еще два подобных шлема изображены в сюжете осады города Гира (рис. 10,2). Причем один из них надет на голову мусульманского воина, другой – на голову «франка». Следовательно, можно предположить, что некоторые формы восточных боевых оголовий могли носить воины Запада. Данный тезис подтверждает и археологическая находка из Англии, так как для Западной Европы XIII -начала XIV века подобная форма шлемов не характерна, "сходя из вышесказанного констатируем, что находка из Старых Орхей формой и технологией аналогична экземпляру из Кайруана, а следовательно, имеет ближневосточное происхождение и ится ко 2-й половине XIII века. В Восточную Европу шлем, скорее всего, попал в ходе одной из поставок предметов вооружения из Египта в Золотую Орду.

восточный шлем
 Рис. 9. Шлем найденный в Пэвенси, графство Суссекс, Англия.

Таким образом, обе вышеописанные находки, шестопер из погребения у с.Балабаны и шлем из Национального музея археологии и истории Молдовы, с большой долей вероятности можно отнести к мамлюкскому импорту, о котором говорят письменные источники. Так, среди партии оружия, которую султан Бейбарс отправил хану Берке, Ибн абд-аз Захыр упоминает «...булавы с железным основанием, позолоченные...» [28, с. 60]. Данное описание полностью совпадает с распросраненным шестопером из с. Балабаны: во-первых, он декорирован, а во-вторых, перначи в то время были единственным типом булав, имевших втулку.

Среди перечня экспортируемого мамлюкского оружия упоминаются и шлемы. О них говорит упомянутый выше Ибн абд-аз Захыр [28, с. 60-61], а также Рукн-ад-Дин Бейбарс [28, с. 100, 104-105], ан-Нувейри [28, с. 152, 155], Ибн-Дукмак [28, с. 325] и анонимный биограф султана аль-Мелик-аль-Мансура Калавуна [28, с. 67-68]. К сожалению, в источниках нет описания о конструкции отправленных шлемов, но то, что в данном случае мы имеем дело с таким же мамлюкским импортом, как и балабановской шестопер, не вызывает сомнения.

Конечно, на основании выявленных всего только двух находок не стоит судить об общем объеме экспортированного мамлюкского оружия. Дело в том, что на данный момент оружие мамлюк-ского Египта XIII-XIV вв. практически не изучено, это не позволяет судить о его внешнем виде и технологических схемах изготовления. В этой связи приведем один пассаж из энциклопедии ал-Калкашанди. В конце раздела, посвященного золотоордынским воинам, он пишет: «А что касается [формы] их одежды (понашему мнению, здесь имеется в виду внешний вид воинов, т.к. военной формы в Золотой Орде никогда не было. - Ю.К., Е.А.), то об этом рассказывают со слов Шуджа ал-Дина, переводчика. [Прежде форма] их одежды была такая же, как у воинов Египта и Сирии в исламском государстве, или подобная ей. Потом в их одежде возобладал татарский стиль...» [29, с. 300]. Здесь стоит пояснить, что этот пассаж был заимствован ал-Калкашанди из сочинения Ибн ал-Омари, которое для него явилось основным источником при написании своей энциклопедии [29, с. 262-263]. Мы специально привели цитату в варианте ал-Калкашанди, так как, понашему мнению, в его работе она более полная, чем, к примеру, в экземпляре сочинения Ибн ал-Омари из Национальной библиотеки Франции [28, с. 244]. В пользу этого свидетельствует то, что у ал-Калкашанди назван даже источник данной информации, некий переводчик Шудж ал-Дин, который, видимо, сам посещал Золотую Орду или по долгу службы имел дела с приезжавшими золотоордынцами. 

Хорошо известно, что над своим сочинением Ибн ал-Омари работал в период правления в Золотой Орде хана Джанибека. В годы его правления мамлюкский Египет уже длительное время оружие не поставлял в Золотую Орду и, ко всему прочему, персидские писатели свидетельствуют, что у золотоордынцев при правлении этого хана возникли проблемы с обеспечением своих воинских формирований оружием из других источников [2, с. 93]. Собственно об этом говорит и сам Ибн ал-Омари в начале описания Золотоордынского государства: «Народа в нем беспредельное множество, но нет от него большого проку по недостатку у него оружия и дурному качеству коней» [28, с. 229]. 

Таким образом, понашему мнению, когда Ибн ал-Омари говорит о том, что в предыдущие годы золотоордынские воины выглядели как мамлюкские, он имеет в виду времена тесных контактов двух государств, то есть когда мамлюки поставляли оружие Золотой Орде. И, возможно, мамлюкские поставки были действительно настолько существенны, что смогли изменить изначальный внешний вид большей части вторгшихся в Восточную Европу татаро-монгольских воинов. К примеру, из сведений все тех же мамлюкских авторов известно, что золотоордынцы очень ценили мамлюкское оружие. Так, шейх Ибн ал-Форат (1334-1405 гг.), который, как известно, в своем сочинении пользовался данными своих предшественников, описывая парад мамлюкских войск, устроенный султаном Бейбарсом в начале осени 1264 г. по случаю прибытия послов хана Берке, приводит слова главы золотоордынской дипломатической миссии: «Ни в войсках султана [Харезмского] Джелаледдина, ни в другом, я не видел таких коней и такого оружия (курсив наш. -Ю.К., Е.А.), как в этом отряде» [28, с. 358]. В приватных беседах восхищались вооружением мамлюкской армии и правящие круги Хулагидского Ирана. Суть одного такого любопытного разговора приводит Рашид ад-Дин в своем «Сборнике летописей»: «Случайно однажды Маджд-ад-дин [сын] Асира, который был наибом счастливого сахиба Ала-ад-дина (управляющий г. Багдадом и западными областями Хулагидского государства в период правления ильхана Абага, - Ю.К., Е.А.), "да смилуется над ним бог", оказался ему попутчиком. В беседе он рассказал о могуществе и величии мисрского (египетского. - ЮЖ., Е.А.) войска и о множестве его вооруженния и снаряжения. Высоко оценивали свое вооружение и сами мамлюки. Так, Рашид ад-Дин, описывая начало битвы, которая состоялась 22 декабря 1299 г. вблизи г. Хомс, между ильханом Газаном и мамлюками, сообщает: «Сирийцы (здесь мамлюки. - Ю.К., Е.А.) весьма уповали на свою численность и снаряжение...» [30, с. 183].

Исходя из вышеприведенных свидетельств, можно сделать вывод, что отечественная, в частности, и мировая, в целом, наука пока затрудняется в атрибутации мамлюкского импортного оружия. Вполне возможно, что со временем еще будут выявлены и атрибутированы предметы вооружения, которые входили в упомянутые мамлюкские поставки. Так, на сегодняшний день, по-нашему мнению, предположительно к ним можно отнести как минимум еще три предмета, происходящих с золотоордынских памятников. Первый – меч с Райгородского городища, надпись на котором указывает, что он принадлежал эмиру Гийас ад-Дину [31, с. 84-87; 32, с. 173-175, рис. 1]. Второй – конская маска из позднекочевнического погребения близ с. Ромашки в Поросье [33, с. 62-65, рис. 1], в отношении которой М.В.Горелик указывал, что она имеет прямые параллели среди мамлюкских конских боевых масок 1-й пол. XV в. [34, с. 268; 35, с. 268]. Третий – клинок из золотоордынского погребения близ с.Каирка на Херсонщине. М.В.Горелик атрибутировал его как некий гибрид сабли и западноевропейского фальшьона [36, с. 240-242]. При этом клинок у данного оружия отличается от клинков западноевропейских фалыпьонов. Клинок «значитель изящнее, тоньше и длиннее, т.е. гораздо более вытянутых пропорций» [36, с. 42]. На наш взгляд, данный клинок более всего походит на североафриканские флиссы, более известные как «сабли кабилов». Это специфическое клинковое оружие, которое было распространено у некоторых мусульманских племен Алжира и Марокко вплоть до начала XX в. [37, р. 111-191]. Французский исследователь Камиль Лакост (Camille Lacoste), посвятивший специальное исследование флиссам, хотя и не смог определить, когда этот вид клинкового оружия появляется, но пришел к выводу, что его происхождение нужно искать среди традиций Средиземноморского региона [37, р. 123-124]. При этом в отношении перекрестья каирского клинка М.В. Горелик указал, что оно имеет все характерные признаки, которые в XV-XVI вв. станут отличительными для целых серий клинков Мамлюкского государства [36, с. 242].

Таким образом, мы видим, что археологический материал служит надежным подтверждением письменных источников. В дальнейшем мы продолжим изыскания в этом направлении и надеемся, что комплексное исследование всех имеющихся в нашем распоряжении источников позволят расширить наши знания как о путях формирования золотоордынского комплекса вооружения, так и наши представления о внешнем виде золотоордынских воинов.

войны крестоносцев оскада крестонсцами города тира 
«Султан г.Дамаска Нурредин убегает от воинов-крестоносцев» «Осада крестоносцами г.Тира» 
 Рис. 10. Миниатюры из «Истории Святой Земли» (Histoire d’Outremer), Гильом Тирский (William of Туге), между 1232 и 1261 гг
Рис. 4. «Татарский» шлем №4461/5420 из фондов ТГИАМЗ. Фото Л.А.Боброва.

 

 

Источник: Ю. А. Кулешов Е. Н. Абызова. Два предмета мамлюкского вооружения с территории Молдовы как иллюстрация путей формирования золотоордынского комплекса вооружения. Военное дело Золотой Орды: проблемы и перспективы изучения. Материалы Круглого стола, проведенного в рамках Международного Золотоордынского форума (Казань, 30 марта 2011 г). Отв. редактор и составитель И. М. Миргалеев.

загрузка...
  Голосов: 0
 
Аналогичный шестопер, только не позолоченный фото на форуме

Вы просматриваете сайт Swordmaster как незаригистрированный пользователь. Поэтому скрытый текст скрыт. Комментарии будут вводится через капчу с предварительной модерацией. Если нашли ошибку — выделите её и нажмите Ctrl+Enter. Для того чтобы пользоваться полным функционалом сайта, рекомендуем .


Добавление комментария
Ваше Имя:      Ваш E-Mail (по желанию):  
Полужирный Наклонный текст Подчеркнутый текст Зачеркнутый текст | Выравнивание по левому краю По центру Выравнивание по правому краю | Вставка смайликов Вставка ссылкиВставка защищенной ссылки Картинка Выбор цвета | Скрытый текст Вставка цитаты Преобразовать выбранный текст из транслитерации в кириллицу Вставка спойлера